РЕГИОНАЛЬНАЯ АНТИТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ШАНХАЙСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ СОТРУДНИЧЕСТВА

На днях американские войска приняли участие в антитеррористических операциях в Сомали и Ливии. Основной целью нанесения спецназом США военного удара в районе Африканского Рога /Сомали/ стала сомалийская антиправительственная группировка «Аш-Шабаб». Данная организация заявила о своей причастности к террористическому нападению на торговый центр, расположенный в столице Кении городе Найроби. В Ливии американские войска захватили высокопоставленного лидера террористов, имеющего отношение к взрывам американских посольств в Кении и Танзании, которые были организованы в 1998 г.

По мнению аналитиков, проводимые США операции свидетельствуют об активизации в Африке террористической деятельности. Вашингтон стремится усилить антитеррористические меры в данном регионе, оказав на данную тенденцию свое сдерживающее воздействие. Тем не менее, в связи с тем, что ситуация на Среднем Востоке становится все менее безопасной, в ближайшее время США не будут перемещать центр тяжести борьбы с терроризмом из Среднего Востока в Африку.

Два направления осуществления антитеррористических действий

На этот раз американские войска провели две отдельные операции в двух странах Африки, цели антитеррористической деятельности в рамках которых поставлены одни и те же.

Во-первых, в субботу вечером официальный представитель Пентагона Джордж Литтл подтвердил факт того, что в пятницу американские войска приняли участие в антитеррористической операции против сомалийской антиправительственной группировки «Аш-Шабаб».

Как сообщили американские СМИ, 5 октября вечером члены корпуса сухопутных войск ВМС США «Морские котики» нанесли удар по зданию, расположенному в сомалийском портовом городе Бараве /юго-восток страны/, в котором проживал один из лидеров «Аш-Шабаб». Выяснить, был ли убит данный представитель руководства «Аш-Шабаба», в ходе операции не удалось — под ответным натиском боевиков американские подразделения вынуждены были отступить. В результате операции никто не был задержан.

По мнению международной общественности, операция проводилась в ответ на предпринятое 21 сентября террористическое нападение на торговый центр в Найроби, в ходе которого погибло 67 человек. Ответственность за инцидент взяла на себя «Аш-Шабаб».

В субботу вечером местные СМИ также сообщили об антитеррористической операции американских войск в Ливии. В ночь с субботы на воскресенье Дж. Литтл подтвердил, что в 5 октября американские спецслужбы захватили одного из высокопоставленных представителей террористической группы «Аль-Каида» по имени Анас Аль-Либи, который в настоящее время содержится в безопасном месте за пределами ливийской территории. Американская сторона сообщила, что данное лицо приняло участие в подготовке и реализации плана осуществления террористического нападения на американские посольства в Кении и Танзании в 1998 г.

Представитель Пентагона заявил, что данная операция была одобрена президентом США Бараком Обамой и осуществлялась при совместном участии американских служб безопасности и разведки, добавив, что никто из американцев в ходе данных антитеррористических действий не пострадал.

Основная цель военных операций — запугать террористов

По мнению аналитиков, проведение двух вышеупомянутых антитеррористических операций, несмотря на отсутствие признаков их взаимосвязи, является свидетельством того, что армия и разведслужбы США активизировали свою деятельность в Африке, чтобы запугать террористов. Государственный секретарь США Джон Керри заявил в Индонезии, что путем осуществления этих операций Вашингтон хотел подтвердить свое намерение продолжать бороться с терроризмом.

Представитель комитета по разведке палаты представителей Конгресса США отметил, что поимка А. Аль-Либи стала огромным ударом для «Аль-Каиды», однако наблюдатели отмечают, что это событие имеет еще более важное значение, поскольку этот высокопоставленный руководитель боевиков вернулся в Ливию для вербовки новых террористов и создания местной ячейки «Аль-Каиды». Таким образом, благодаря аресту А. Аль-Либи от Ливии удалось отвести большую потенциальную угрозу.

Что касается антитеррористической операции в Сомали, то, хотя ее результаты пока не известны, она стала самой громкой военной акцией, проведенной США в этой стране после убийства в 2009 году лидера сомалийского подразделения «Аль-Каиды» Салеха Али Салеха Набхана. Это говорит о намерении американского правительства ужесточить борьбу с терроризмом на Африканском континенте.

Однако в ближайшее время центром антитеррористической борьбы США — как с точки зрения общей стратегии, так и с учетом степени угрозы — будет оставаться Средний Восток. Кроме того, из-за наличия целого ряда проблем, среди которых политический спор между Демократической и Республиканской партиями, химическое оружие Сирии, иранская ядерная проблема и т.д., США в скором времени вряд ли смогут существенно увеличить масштабы борьбы с терроризмом в Африке.

Источник: Russian.News.Cn

Андрей Кортунов

Генеральный директор и член Президиума РСМД, Президент Фонда «Новая Евразия»

Насколько серьезную опасность для РФ представляет активизация международного терроризма, корреспонденту «Ъ» СЕРГЕЮ Ъ-СТРОКАНЮ объяснил гендиректор Российского совета по международным делам АНДРЕЙ КОРТУНОВ.

— Раньше главной мишенью глобального джихада были США и их союзники, теперь исламисты объявляют врагами всех иностранцев и немусульман. Почему это происходит именно сейчас?

— Активизация международного терроризма — это все-таки не сама болезнь, а симптом серьезной болезни всей системы международных отношений. В мире идет накопление элементов нестабильности, разбалансировка механизмов управления и в экономике, и в финансах, и в сфере безопасности. Ни один серьезный конфликт последних десятилетий нельзя считать успешно разрешенным: посмотрите, что происходит в Ираке, Афганистане, на Африканском Роге, в Ливии. Когда организм ослаблен, когда утрачен иммунитет, вирусы найдутся.

Терроризм существовал и в годы холодной войны — «Красные бригады» в Италии, Ирландская республиканская армия, баскская ЭТА. Но в условиях биполярной системы террористам было труднее развернуться: почти не было «ничейных территорий», таких потоков бесхозного оружия и доступных финансов. Сегодня у террористов появились возможности, о которых их предшественники могли только мечтать.

— Почему мы говорим об исламском терроризме?

— Идеология радикального ислама оказалась эффективным инструментом мобилизации экстремистов. Радикальный ислам заполнил нишу, которую занимали радикальные левые идеи — от маоизма до троцкизма. Добавим к этому колоссальные доходы от нефти исламского мира, часть которых идет на подпитку террористов. Учтем слабость умеренного ислама, который не всегда способен противостоять радикалам. И не будем забывать о сложнейших социально-экономических проблемах, с которыми сталкивается большинство исламских стран. Вот на этом компосте и расцветает исламский терроризм.

Современный терроризм заполняет те лакуны, проникает в те щели, до которых может добраться. Шансы на успех у террористов выше там, где власть слабее.

— Можно ли говорить, что исламисты проиграли битву спецслужбам в самой Америке?

— Это преувеличение. Страх перед терактами остается, и это легко увидеть в любом аэропорту, в любом госучреждении.

— Недавно Барак Обама говорил о децентрализации деятельности «Аль-Каиды». Она сдает свои позиции или обрела второе дыхание?

— «Аль-Каида» как организация, возможно, и сдает позиции. Если же говорить об «Аль-Каиде» как о явлении, то я не вижу оснований для оптимизма. Вирус терроризма способен к неожиданным мутациям. А любой конфликт, любой коллапс очередного «неудавшегося государства» дает террористам новые возможности. Посмотрите, что происходит в Сирии: неужели у кого-то есть иллюзии, что этот, вероятно, крупнейший в мире очаг международного терроризма удастся быстро локализовать?

— Насколько серьезно разворот в глобальном джихаде может затронуть Россию?

— К сожалению, у нас многие считают, что нарастание хаоса в мировой политике не создает особых проблем для России и, напротив, дает ей новые возможности. По этой логике чем глубже Запад завязнет в борьбе с терроризмом, тем лучше для нас. Это очень недальновидная и опасная позиция. Россия остается объектом террористов — не только наши посольства и граждане за рубежом, но и объекты в самой РФ. В силу самых разных причин — исторических, географических, культурных — мы более уязвимы для терроризма, чем многие другие страны. А живя в стеклянном доме, глупо бросаться камнями в окна соседей.

Конечно, наши западные партнеры далеко не всегда последовательны и принципиальны в противостоянии терроризму. И у них проявляется соблазн развернуть его против геополитических противников. Но попытки управлять международным терроризмом никогда не были успешными.

07.10.2013

Террористы рассчитали все. Для организации взрыва, который произошел в понедельник 21 октября в Волгограде и был квалифицирован правоохранительными органами как теракт, было выбрано самое подходящее время и место. Об этом в интервью DW рассказал вице-президент Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Алексей Филатов.

«Время для проведения теракта было выбрано самое подходящее. Близятся Олимпийские игры в Сочи, и эффект от дииверсии может оказаться намного более масштабным, чем два года назад», — указал Алексей Филатов. Эксперт не исключает, что подобные теракты на территории центральной России могут участиться, поскольку их финансирование будет возрастать. «Существует устойчивое финансирование этого процесса, источники которого находятся за пределами страны, — говорит Филатов. — Теракты давно стали бизнесом».

По его мнению, произошедшее в Волгограде необходимо вписывать в глобальный контекст: теракт напрямую связан с особенностями международной политики России и в первую очердь — с ее жесткой позицией в отношении конфликта в Сирии. «Понятно, что уничтожение химического оружия в Сирии — еще не конец истории», — заключает эксперт.

С ним согласен генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин: отсутствие громких терактов в России на протяжении последних трех лет можно объяснить, главным образом, снижением интереса международных террористических организаций к России. В последнее время центром их активности стала Северная Африка, оказавшаяся с начала 2011 года в эпицентре острого политического кризиса. «В Северной Африке стало гораздо интереснее», — отмечает политолог в комментариии DW.

Однако миротворческая роль России в ситуации с Сирией, очевидно, переломила ход событий. Россия вновь привлекла внимание международных террористических организаций, которые «испытали неудовольствие» по поводу позиции российских властей в отношени конфликта в арабском государстве, говорит эксперт.

Скорее всего, заказчики теракта попытаются использовать предстоящую зимнюю Олимпиаду в Сочи, которая состоится в феврале 2014 года, как способ оказать давление на Россию с целью добиться изменения ее позиции по ряду внешнеполитических вопросов, предполагает Филатов. «Используя Олимпиаду, можно выторговать у России изменение любой позиции», — говорит он.

«Теракты — это инстурмент достижения целей, довольно эффективный и не очень дорогой, — рассуждает Филатов. — Такими средствами можно серьезно испортить имидж России». В результате ряд делегаций могут отказаться от участия в Олимпиаде, ссылаясь на недостаточные меры безопасности, считает он.

Для проведения теракта Волгоград был выбран не случайно, полагают эксперты. Уровень преступности в городе довольно высокий, что говорит о слабой работе правоохранительных органов, отмечает Филатов. Он добавляет, что у местных спецслужб также слабо развита агентурная сеть — люди, внедряющиеся в террористические группировки и информирующие правоохранительные органы, что способствует профилактике терроризма. «Волгоград, таким образом, оказался слабым звеном в цепи», — заключает Филатов.

Однако маловероятно, что один взрыв в Волгограде повлияет на имидж страны в преддверии игр, говорит он, но добавляет, что ситуация усложнится, если диверсии участятся.

Между тем Алексей Мухин из Центра политической информации призывает излишне не драматизировать ситуацию. «Несомненно, любой теракт — это сигнал к повышению уровня безопасности, но это не значит, что нужно впадать в панику. — утверждает политолог. — От такого рода событий не застрахована ни одна страна даже с самыми высокими мерами безопасности. Посмотрите на США и недавний взрыв во время бостонского марафона».