Анализ и комментарии

26.05.2021
564

О ПОПЫТКАХ СЫНА ПОЛЕВОГО КОМАНДИРА АХМАДА ШАХА МАСУДА ВОЗРОДИТЬ АФГАНСКИЙ «СЕВЕРНЫЙ АЛЬЯНС»

На сегодняшний день западные спецслужбы высоко оценивают вероятность краха центрального правительства Афганистана и возвращения страны в состояние гражданской войны после вывода войск США.

По словам нынешних и бывших представителей американского, афганского и европейских правительств, в данный момент разведслужбы стремятся наладить контакты с не входящими в афганское правительство региональными лидерами, которые могут предоставлять разведданные о террористических угрозах после вывода войск США.

По оценкам западных экспертов, данные меры представляют собой поворотный момент в войне, так как на смену деятельности одной из крупнейших международных военных миссий приходит охота за информаторами и разведданными.

Несмотря на распространенную среди дипломатов точку зрения, что афганское правительство и его силы безопасности смогут действовать самостоятельно, этот шаг сигнализирует о том, что западные спецслужбы готовятся к вероятному краху афганского правительства и неизбежному возвращению к гражданской войне. Установление контактов с доверенными лицами в Афганистане отсылает нас к 1980-м годам, когда страна находилась под контролем СССР, а затем в 1990-е погрузилась во фракционный конфликт между полевыми командирами.

В плане разведки Запад часто зависел от противостояния региональных лидеров и временами поддерживал их финансово, что шло вразрез с интересами афганского населения. Такая политика часто приводила к тому, что, в частности, США оказывались в долгу у влиятельных лиц, которые вопиющим образом нарушали права человека.

На сегодняшний день среди рассматриваемых кандидатов для сотрудничества США выделяют сына Ахмада Шаха Масуда – знаменитого афганского полевого командира, который в 1980-е годы воевал против СССР, а затем против радикального исламистского движения «Талибан» (запрещено в РФ) в качестве главы «Северного альянса». Его сын Ахмад Масуд в последние несколько лет пытается возродить дело своего отца, создав коалицию ополченцев для защиты севера Афганистана.

Между тем американские и европейские официальные лица заявляют, что между Масудом и западными спецслужбами нет официального сотрудничества, хотя встречи с ним неоднократно проводились. Несмотря на то, что в ЦРУ и французской службе внешней разведки DGSE Масуда-младшего считают потенциально ценным информатором, мнения расходятся относительно того, сможет ли он, не прошедший испытание в качестве полевого командира, оказать эффективное сопротивление экстремистам.

Преимущество налаживания связей с Масудом и другими влиятельными региональными игроками очевидна: западные правительства не доверяют обязательствам «Талибана» не допускать проникновения в страну террористических группировок в предстоящие годы и опасаются, что афганское правительство может распасться, если не будет достигнуто мирное урегулирование.

«Второе сопротивление», как Масуд теперь называет свое ополчение, представляет собой сеть, которая выступает против «Талибана», «Аль-Каиды», «Исламского государства» или любой другой террористической организации, представляющей угрозу для Афганистана.

Руководство ЦРУ открыто признает, что ищет новые способы сбора информации в Афганистане после вывода американских войск, так как в данный момент их способность собирать информацию о террористической деятельности уменьшается.

Но организация Масуда находится в зачаточном состоянии, отчаянно нуждаясь в поддержке и легитимности. Его поддерживают около десятка командиров ополчения, которые в прошлом сражались с СССР и талибами, а также несколько тысяч боевиков на севере страны. Масуд утверждает, что его ряды пополняются теми, кем пренебрегает правительство, и, так же как и талибы, он считает, что президент Афганистана Ашраф Гани должен сложить полномочия.

Несмотря на уверенность Масуда, идея так называемого ребрендинга «Северного альянса» вызывает скепсис у его бывших главарей, ведь некоторые из них с тех пор стали послами, вице-президентами и высшими военными командирами в афганском правительстве. «Практический опыт показал, что никто не может быть похожим на своего отца», – заявил генерал-лейтенант Ярманд, бывший заместитель министра внутренних дел в интервью The New York Times. «Его сын живет в другое время и не имеет опыта, который повлиял на его отца». Другие представители афганского правительства считают Масуда помехой, человеком, который в перспективе способен создать проблемы, преследуя собственные интересы.

Но, даже несмотря на различие во мнениях о его организационном мастерстве, существует широкое согласие в том, что Масуд может функционировать как глаза и уши Запада. Ахмад Масуд, получивший образование в Королевской военной академии в Сандхерсте (Великобритания), вернулся в Афганистан в 2016 году. Следующие три года он потратил на то, чтобы заработать поддержку на местном уровне, прежде чем он стал более публичным в 2019 году, проводя митинги и усиливая вербовку в северных районах страны.

В последние месяцы риторика Масуда стала более жесткой, а его усилия по обеспечению международной поддержки – более агрессивными. По неофициальным данным афганской разведки, помимо контактов с США, Великобританией и Францией, Масуд также ищет выходы на правительства Индии, Ирана и России. При этом Европа и США видят в нем не столько оплот против вновь набирающего силу «Талибана», сколько потенциально важного наблюдателя за «Аль-Каидой» и «Исламским государством».

Двадцать лет назад отец Масуда открыто заявлял о растущей террористической угрозе в стране. И даже если его сын не сможет командовать теми же силами, что и его отец, возможно, он будет способен своевременно предупредить о надвигающейся террористической угрозе.